Былое
August 14

АРМЯНСКАЯ БАНДА

Продолжение. Начало тут

Найдя глазами какую-то муху я флегматично думал:

  • «Какая же она счастливая: летай где хочешь, сиди целыми днями на говне и потирай лапки. Никаких тебе кирпичных заводов. Никаких таможен и югославов».

Тем временем, пять минут истекали, а вариантов дальнейших действий было немного, если быть откровенным - один: отправить заводы в запорожские степи «как есть», отправить туда же рабочих из Минска, произвести ремонт на месте, вместе с пуско-наладкой. Тем более, что, как выяснилось - пострадали заводы лишь внешне: погнулись защитные кожухи и слетела краска.

Сказано - сделано: заводы покатились в запорожскую деревню, подальше от негостеприимной российской границы.

Как рассказывал мой друг и партнер Костя, их появление в деревне было сильным зрелищем: в клубах красной от заката пыли, под аплодисменты восторженных жителей и улюлюканье оборванных детей, наши фуры торжественно въехали на центральную улицу и застыли у памятника Ленину.

Про жителей и детей я выдумал, но пыль и фуры были точно: Костя отчетливо это видел, сидя в позе орла в деревенском сортире.

Он находился в деревне в качестве представителя компании АО «Белпромавтоматика» (как выяснилось потом - в качестве заложника, но об этом ниже…)

Нашими покупателями были армяне из кооператива «Не помню название». Имени их главаря я тоже не вспомню, но пользуясь своим излюбленным методом «тёщин угодник», я влюбил его в себя.

Всего неделя ежедневных разговоров по телефону и я знал про моего нового друга решительно все: клички его внуков, имена собак, рецепт фирменной долмы его жены. Проблема была лишь в том, что чем больше я узнавал про его богатую на истории жизнь, тем яснее понимал, что передо мной бандит, а их кооператив не что иное как банда - распространенное явление в 1990-е годы.

Сейчас быть может они уважаемые торговцы зерном, защитники православной веры и любители «одесского стиля в одежде»: майка DG, красные туфли на босу ногу от Valentino и джинсы от Versace, но тогда это были обыкновенные деревенские упыри.

Их аккредитив был в нашем банке «Российский кредит», но у меня уже не было сомнений в том, что они нам его не подтвердят, а аккредитив был отзывной - тогда такая форма еще существовала.

Мучала же меня другая проблема - вернется ли Костик домой живым и здоровым? Было понятно, что они держат его там, как заложника, запорожские степи, как знают современные российские солдаты - огромны.

Я заранее начал подкидывать мысли своему армянскому другу о том, что Костик - человек непростой: папа старый кгбшник, брат делает карьеру у солнцевских. Одним словом - мол будь с ним осторожен, его хрупкая артистичная внешность - лишь ширма, я сам его боюсь и если что - за ним и «Альфа» может прилететь.

Не знаю, что подействовало на наших армянских партнеров: то ли  мое искусное вранье (папа Кости был советским инженером - божьим одуванчиком, никакого брата не было и в помине), то ли то, что компания наша называлась АО «Белпромавтоматика», а Костя был заместителем директора (откуда нашим друзьям-бандитам было знать, что в компании было лишь 2 сотрудника - директор и его зам).

Название вообще крайне важно для любого бизнеса: мою первую компанию я назвал: «BBM Trading International».

Был это 1992 год, звонишь ты в какой-нибудь колхоз «Заветы бляцкого Ильича». На том конце провода усталый и пресыщенный голос секретарши председателя колхоза:

  • обычно, вместо «Алло, слушаю Вас!» - «Чего?».
  • и ты ей вежливо так: «Добрый день, Вам звонят из московского представительства компании «BBM Trading International».

На том конце провода смятение: нужно время на осознание информации, затем начинаются стоны:

«Аааааа, трэйдинг бля! Интернешионал!!!!! Минуточку!!!! Пал Палыыыыыыч! Вас тут с Москвы беспокоят!!! Из трейдинг интернейшионал!!!!!»

В трубке слышно шуршание и какие-то звуки: чувствуется, что Пал Палыч спал после обеда и в спешке одевает пиджак и застегивает ширинку, чтобы говорить с важным человеком из Москвы «во всеоружии»:

  • «Слушаю вас, уважаемый Трейдинг Интернешионал!!!!»

Все. Точка. Если у колхоза есть 12.000 долларов по курсу - считай, что завод продан…

В это время «важный человек из Москвы», которому, пардон - 18 лет, сидит в съемной квартире на Щелковской в трусах (потому что жарко, блин) и спрашивает у Пал Палыча о качестве глин и свойствах местного грунта:

  • Пал Палыч вытянувшись обещает: «Уточним!!!».

Из ценных вещей в квартире, как сейчас помню: телефон Panasonic KX2365 и факс - их я купил сразу после основания «Корпорации Века»

К 1994 году тренд сменился и уже никого было не купить заморскими названиями. Я переименовал компанию в АО «Белпромавтоматика» - название солидное, государственное: внушало трепет в Пал Палычей и их секретарш не меньше, чем «Трейдинг Интернешионал».

Затем началась моя «Минская сага», я создал «Российско-Беларусскую фармацевтическую компанию» (ООО «РБФК») и сеть «Народные аптеки», но об этом в следующих главах.

Так вот, я не знаю, что спасло Костика: мое ли вранье, название компании или просто я, как обычно, - просчитывал худший сценарий, но через два дня после того, как наши заводы, заблестели новой краской и издавая приятный лязгающий звук, начали делать кирпич, на радость армянской диаспоры далекой запорожской деревни (опять же - не помню название), Костя вернулся в Москву.

Помню в этот день я сидел в том же самом кабинете, что и неделю назад, в той же самой позе и предавался философским размышлениям о том, что это были два последних завода, а значит их стоимость - наша прибыль. 

Не получить прибыль не так уж и страшно - кредиты отданы, долгов нет, а деньги еще заработаем. Главное Костик едет домой.

Дверь отворилась. В кабинет вошел довольный, энергичный, пахнущий молоком и навозом Костя.

Настроение мое, повторюсь, - было меланхоличным, как в старом грузинском анекдоте: - «Ээээ. Зачем мне твой мяч? Гоги утонул!!!»

Я с грустью выслушал его доклад о том, как круто работают заводы, о том, как довольны наши армянские друзья и сказал:

  • Они не заплатят нам, армянский вождь использует любые предлоги, но тянет время и не присылает акт выполненных работ…
  • Они заплатят 100% - сказал Костя.

Я вскипел:

  • Как ты можешь такое говорить! Я потратил на этого пердуна целую неделю, а он находит любые предлоги, чтобы не подписать документы!!!

С хитрым лицом, Костя достал из портфеля подписанный Акт выполненных работ! С печатью и подписью!

Я не стал медлить ни секунды, позвонив в банк, я отправил им акт по факсу и отдал распоряжение зачислить аккредитив на наш счет.

Сам же акт я пропустил через факс прямо в кабинете, а оригинал сжег. Не буду рассказывать о том, как Костя его добыл, скажу лишь одно: Костя герой.

Прошло уже 20 лет, а я до сих пор считаю, что его поступок изменил мою жизнь. Если бы мой армянский «друг» узнал о том, что отпускает Костю с актом, он бы не стал долго думать и Костя не то что не вернулся бы живым, его бы вообще больше никто и никогда не увидел.

Времени тогда рассуждать не было. Мы побежали в банк, благо что находился он от нас за углом в бывшей гостинице «Интернациональ» по-моему (там сейчас - «Intercontinental») и сняли все деньги со счета наличными: тогда так было можно, успели купить на часть денег акции АО «МММ», а часть вложить в инвест-фонд, день был длинный….

Дня через два мне позвонил мой армянский друг и сиплым, далеким голосом сказал:

  • Мурат, дорогой - я получил документы. На акте не моя подпись!

Я растеряно ответил:

  • Странно. Как такое может быть? Ведь заводы работают, у тебя же нет претензий? Все хорошо? Да вот и минчане мне прислали документы о выполненных работах.
  • Да. Заводы работают, но это не моя подпись!
  • Что будем делать? Ты хочешь вернуть заводы?
  • Нет, но это не моя подпись!
  • Мне очень печально, что так все вышло. Давай как-нибудь обсудим это за тарелкой долмы!
  • Это не моя подпись!!!

Я положил трубку. И про себя помолился, чтобы эта тарелка не случилась в этой жизни…

На следующий день мне позвонил из банка вежливый женский голос, представившийся, как начальник безопасности банка «Российский кредит» и попросил зайти к ней, как можно скорее.

Я не стал ждать и зашел тут же.

Уставшая женщина за 40, по виду работник прокуратуры или что-то вроде того. Весь ее вид говорил о том, что она изнывает от несовершенства мира и разочарована в человечестве.

Не улыбнувшись, она предложила мне сесть и сказала:

  • Ваши партнеры обвиняют вас в мошенничестве.
  • Как так? Они получили заводы и заводы работают. Все строго по договору.
  • Они утверждают, что вы подделали документы.
  • Зачем нам это было делать, если у них нет претензий к заводам?
  • У вас есть оригинал?
  • К сожалению нет. Они прислали документы по факсу.
  • Вы знаете, что по факсимильным документам невозможно установить подлинность?
  • Нет - соврал я.
  • Хм. Ну что же. Хорошо. Извините, что отвлекла вас. Можете идти.

Я встал и направился к выходу.

  • А вы знаете, что они мошенники и хотели вас обмануть?

Я обернулся и состроил удивленную гримасу: удивленную и болезненную одновременно, как будто это известие глубоко ранило мое юное сердце.

  • Конечно нет. Я и подумать такого не мог!
  • В день, когда вы сняли деньги, они прислали документы об отзыве аккредитива.
  • Не может быть! Ведь заводы у них и они отлично работают. Зачем же им нас обманывать?

Ее лицо исказила печальная усмешка, которая как бы говорила: «Молодой человек, вы даже не догадываетесь о глубинах человеческого падения!»

Я пробормотал что-то в духе: «Не могу в это поверить» и попытался ретироваться. Тут строгое лицо начальника службы безопасности осветила теплая и лукавая улыбка, она сказала:

  • «Я рады, что вы клиенты нашего банка»

Я искренне улыбнулся в ответ: «С Вами тоже приятно иметь дело» и вышел.

Впереди нас ждал новый интересный проект в Минске, но об этом позже….